Владимир Мукусев: Кляпы по ртам распихивает только слабая власть (01.07.08)

Горбачёв швырял в него тапки, а Ельцин проиграл ему суд. Автор и ведущий знаменитой программы «Взгляд», основатель нескольких местных телекомпаний в разных регионах России, лауреат международной телевизионной премии «Эмми», обаятельный и артистичный человек Владимир Мукусев приобрёл славу «лучшего, но опального журналиста» и на несколько лет исчез с главных TВ-каналов. На творческой встрече с коллегами и телезрителями в Ростове-на-Дону Владимир Викторович рассказал о своих взаимоотношениях с властями и ответил на вопросы аудитории.

- Вас уже больше десяти лет нет на экране. Говорят, у вас серьёзные разногласия с властями: не можете простить друг другу старых обид. Когда в прошлом году отмечали двадцатилетний юбилей «Взгляда», вас даже на сцену не пригласили... - Да, из истории «Взгляда» кое-кто из бывших коллег очень хотел бы меня вычеркнуть! Даже большинство кассет с записями моих передач уничтожили. Но обижаться на власть?! Не смешите! Когда ещё Раиса Максимовна Горбачёва была жива, мне довелось с ней встретиться, поговорить. Она рассказала, как Михаил Сергеевич смотрел «Взгляд»: ждал нашу передачу, садился перед телевизором, внимательно слушал каждое слово, багровел, свирепел, швырял в экран комнатные тапки, ругался безбожно, но продолжал смотреть. Этому человеку было бы достаточно снять телефонную трубку и сказать: «Завтра «Взгляд» в эфир не выйдет». Однако же он этого не делал - понимал, что механизм перемен в стране уже запущен и нельзя прятать правду. Кляпы распихивает по ртам и выдворяет с экрана таких вот «мукусевых» только слабая власть, а Горбачёв был сильным.

- Хотите сказать, что генсек в корне был не согласен с позицией «Взгяда», но терпел, потому что он - «сильный политик»?

- Кое в чём наши мнения совпадали. Однажды Михаил Сергеевич меня в прямом смысле спас от увольнения. Я тогда готовил передачу о Мавзолее. После выхода в эфир резонанс был огромный. Я лишь осторожно попытался (подчёркиваю!) коснуться вопроса: а нужен ли этот Мавзолей и почему бы Ленина не похоронить? Можете представить: моего отца увезли в больницу с инфарктом. Он не выдержал вольнодумства сына. (К счастью, всё обошлось). Меня затаскали по инстанциям: «Ты на что, Мукусев, смел покуситья? На святое замахнулся...» Но, как выяснилось, Горбачёву этот «Взгляд» понравился. Генсек тогда во всеуслышание заявил: всё сказано правильно, но рановато.

- От Ельцина вам вряд ли приходилось такое слышать...

- Когда миллионы россиян потеряли все свои сбережения в результате гайдаровских реформ, я как депутат последнего Верховного Совета подал в суд. Воин войска не собрал: демократы испугались, что народ в очередной раз всплакнёт, «как хорошо жилось при коммунистах», а коммунисты, к которым я тоже тогда обращался за помощью, назвали идею судиться с властями провокацией. Суд у Ельцина я выиграл, но этой победы мне действительно не простили. Позже узнал, что когда Борису Николаевичу принесли судебное решение, он молча прочитал его, отложил в сторону, а потом принялся вычёркивать мою фамилию из списка кадрового резерва - так упорно и яростно, что когда бумага превратилась в рваные клочки, он расцарапал ручкой стол. Вот тогда не я на власть, а власть на меня обиделась. Но, пожалуй, дело того стоило: Ельцин потом включил отдельным пунктом в свою предвыборную программу обязательство вернуть деньги обманутым вкладчикам.

- Такое впечатление, что вы постоянно находитесь в оппозиции.

- Я не отношусь ни к левым, ни к правым. Просто, если захочешь сказать правду или начинаешь чего-то добиваться, независимо от того, кто стоит у руля, окажешься в опале. Суд с президентом - это всего лишь эпизод. Целенаправленая травля шла не один год. Ходили грязные слухи, что я умер от СПИДа, что спился в нищете...Чушь! «Похоронить» меня не удалось, и к имени Мукусева попытались приклеить ярлык стукача и сотрудника спецслужб. Когда мне, как журналисту, дали премию имени Ю.В. Андропова, диплом и медаль за расследование гибели в Югославии журналистов Виктора Ногина и Геннадия Куренного, шипение усилилось.

- Почему же вы не отказались от этой премии?

- Я не мог этого сделать, потому что отказаться от неё на тот момент - то же самое, что отказаться от тех ребят из органов, с которыми мы вместе расследовали смерть моих коллег. Эти люди прикрывали мою спину от пуль. Плюнуть этим парням в лицо было бы настоящим свинством. Но стукачество - не про меня! Постукивал бы, как это делали и продолжают делать некоторые журналисты, до сих пор бы красовался на главном экране.

- А вы себя видите на современном ТВ? Если бы вам предложили работу, скажем, на ОРТ, согласились бы?

- Вряд ли. Сейчас я в основном преподаю в Санкт-Петербургском институте телевидения, бизнеса и дизайна. Что касается предложений поработать, то я за последнее время отказался от нескольких таких. Не потому, что Мукусев слишком гордый, а потому что не успевал он согласиться, как тут же начинали диктовать условия: это ты будешь говорить, это не будешь... Мне проще отказаться от тёпленькой работы, чем от собственного мнения.

Телевидение сегодня - это карикатура на то, что было в девяностые годы. Нарастили денежный жирок, заврались совсем... Простой пример: вы смотрите какое-нибудь свежесляпанное ток-шоу, после очередной дурацкой шутки вам во весь экран показывают взорванную истерическим хохотом, аплодирующую аудиторию. И вы, чтобы не чувствовать себя «отсталым», тоже мысленно хлопаете. Дешёвый монтаж! Массовка с той стороны экрана «делает ладушки» за шестьсот рублей в день: загорелась лампочка на мониторе - и грянули аплодисменты... Я ненавижу эту аудиторию и не могу спокойно смотреть на всенародное одебиливание!

- Да, но кроме штампованных ток-шоу есть и другие передачи. В конце концов, есть новостные блоки, расследования... Там же массовку «не включишь».

- А вы знаете, что раз в неделю руководство ведущих каналов получает «сверху» четыре «нельзя и льзя»: кого показывать и не показывать в кадре, что показывать и не показывать. Да, может, победа Димы Билана на «Евровидении» это вообще не та новость, которую нужно было тиражировать, но именно она прошла первой. Потому что так надо! Те немногие передачи, в которых ещё сохранились расследования, где работают профессионалы, тоже по большому счёту - ручные. Они финансируются крупными бизнес-структурами для того, чтобы в нужный момент «серьёзная» передача выпустила в свет НУЖНУЮ информацию и ей все поверили.

- На ваш взгляд, свобода СМИ в нашей стране возможна или мы постепенно скатимся к тоталитарному контролю за каждым словом, а на экранах телевизоров так и будут дешёвые «шоу для народа» и отфильтрованная заказуха?

- Всё зависит от того, какую позицию по отношению к СМИ займёт власть. Путин был сильно зависим от окружения Ельцина. Новый президент Дмитрий Медведев обладает большей свободой и вполне демократичными взглядами. Он наверняка понимает, что без свободных и сильных СМИ нормальное развитие страны просто невозможно. Чем больше чиновники всех уровней замолчивают важные факты и затыкают недовольных, тем злее зреет этот нарыв внутри общества. При нынешнем материальном расслоении в стране это просто опасно.

Есть сильные, профессиональные журналисты, но чаще всего им просто не дают говорить. Большой потенциал у региональных телекомпаний и изданий. Им работать в тысячу раз сложнее, чем федеральным средствам информации. Я прекрасно понимаю, что такое местные чиновники и их армия пресс-секретарей, воевать с которой приходится при помощи запросов. Сложный путь у тех, кто не прыгает перед властью на задних лапках, не относит себя ни к левым, ни к правым, а считает себя независимым. Метнуться в сторону всегда проще, а вот идти по центру и принимать все удары в лоб - это удел сильных духом.

Газета Крестьянин №27

Выразить свое отношение: 
Вы проголосовали 'Вверх'.
Газета: Газета Крестьянин