Будет сидеть, я сказал!

Прокуратура считает, что психически больного Алексея Ерыженского правильно посадили в колонию строгого режима

Мы уже писали о том, как Усть-Донецкий суд дал восемь с половиной лет инвалиду по психическому заболеванию. Якобы «за сбыт наркотиков». Писали и о том, что убедительных доказательств его вины в деле нет, зато есть заключение экспертов о том, что Ерыженский не мог и не может в полной мере осознавать свои действия (см. материал «Наркотой торговать у него бы ума не хватило», № 17 от 24 апреля).

Сообщали мы и о том, что областная прокуратура начала проверку по нашему запросу. На днях мы получили официальное письмо о результатах проверки – правда, почему-то не из областной прокуратуры, а из районной. 

Э.С. Саркисян, и. о. прокурора Константиновского района, подписавший письмо, сообщает нам, что всё в порядке:

«Прокуратурой района рассмотрено ваше обращение по уголовному делу в отношении Ерыженского А.В.

В ходе проверки установлено, что приговором Усть-Донецкого районного суда от 30.10.2018 года Ерыженский А.В. осужден по п. «б» ч. 3 ст. 228.1, ч. 1 ст. 228 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 8 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

13.02.2019 апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда приговор Усть-Донецкого районного суда от 30.10.2018 в отношении Ерыженского А.В. изменён. Ерыженскому А.В., в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99, ст. 104 УК РФ назначена принудительная мера медицинского характера в виде принудительного наблюдения и лечения у врача-психотерапевта в амбулаторных условиях. В остальной части приговор остался без изменения.

Согласно заключению судеб-но-психиатрической экспертизы, проведённой по уголовному делу, Ерыженский А.В. вследствие изменения психики, не исключающих его вменяемость, в период инкриминируемых ему деяний не мог и не может в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими.

В соответствии с ч. 1 ст. 22 УК РФ вменяемое лицо, которое во время совершения преступления в силу психического расстройства не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, подлежит уголовной ответственности.

Суд, правильно установив фактические обстоятельства дела, дал им верную юридическую оценку и обоснованно пришёл к выводу о виновности Ерыженского А.В. в инкриминируемом ему преступлении.

Наказание Ерыженскому А.В. в виде лишения свободы назначено с учётом характера и степени общественной опасности совершённого им преступления, данных о его личности, с учётом обстоятельств, смягчающих его наказание.

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ суд обоснованно определил отбывать наказание Ерыженскому А.В. в исправительной колонии строгого режима.

В связи с вышеизложенным приговор Усть-Донецкого районного суда от 30.10.2018 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от 13.02.2019 являются законными и обоснованными, оснований для их обжалования не имеется».

В двух запросах, которые редакция направила в областную прокуратуру и в прокуратуру Константиновского района, содержались вполне конкретные вопросы. Правомерны ли действия помощника прокурора Константиновского р-на Нефёдова Е.Ю., поддержавшего обвинение в отношении Алексея Ерыженского? Возможно ли было назначение Ерыженскому альтернативного наказания, не связанного с лишением свободы, либо прекращение дела? А также: считают ли руководители прокуратуры нормальной и законной практикой помещение в колонию строгого режима человека, не осознающего свои действия?

Вряд ли текст, приведённый выше, можно считать полноценным ответом на наши вопросы. Удивляет также тот факт, что прокурор считает, что Алексей Ерыженский будет лечиться у психотерапевта, хотя в приговоре, естественно, сказано «у психиатра». Вообще-то, это разные врачебные специальности: психиатр лечит медикаментами, а психотерапевт – словом, выявляя психологичес­кие проблемы пациента и предлагая пути их решения. Для колонии строгого режима это, мягко говоря, экзотика.

А ещё нам непонятно, почему о результатах проверки нам сообщают не проверяю­щие (областная прокуратура), а проверяемые (прокуратура Константиновского района). 

– Таким ответом прокуратура прикрывает свою исключительно обвинительную позицию, выбранную в суде первой инстанции, – считает Лев Дорофеев, адвокат Ерыженского. –

Прямых ответов на прямые вопросы они не дали. Комментарий к ст. 22 УК РФ также используют в своих интересах, но умышленно не говорят о ч. 2 этой же статьи («Психическое расстройство, не исключающее вменяемости, учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера». – Прим. авт.). Как этот ответ, так и поддержание обвинения ими в суде направлены исключительно на помещение человека в тюрьму – без разбирательств, исключений и указаний в законе. Ещё на стадии предварительного расследования прокурор не стал вникать в выводы экспертизы, а просто подписал обвинительное заключение – такой вывод я делаю исходя из этого ответа, а также из позиции прокуратуры в суде первой и апелляционной инстанций. В дальнейшем мы планируем подавать кассационную жалобу в Верховный суд РФ с указанием всех действий, параллельно осуществляемых нами по настоящее время.

Анна КОЛОБОВА

Выразить свое отношение: 
Рубрика: Закон
Газета: Газета Крестьянин