Игроки на хлебном рынке поймали момент (Крестьянин №34)

 Щупальца аграрных спрутов почувствуют прежде всего владельцы тощих кошельков

 Свободное ценообразование существует только в устаревших учебниках. На рынке спросом на товар манипулирует реклама. А его предложением - так называемое ожидание, которым также можно вертеть и так и этак. Не столь давний пример - спецоперация по обрушению закупочных цен на зерно 2002 года. Тогда с февраля началась «жизнерадостная» кампания в центральном СМИ по поводу якобы сказочного урожая, ожидающего страну. Цены на зерно рухнули еще до его уборки. В результате трейдеры скупили на внутреннем рынке зерно по рублю за килограмм, а на Западе продали по семь рублей.

 В таких делах главное - поймать момент.

 Сегодня рыночный «фокус» повторяется, но по иному сценарию.

 Европа и несколько других стран остались без обычного урожая из-за небывалой жары. Цены на зерно на мировом рынке выросли в июне на 20%. Но мы от него практически не зависим. Но, очевидно, по мнению отечественных игроков, это и был тот самый момент, который надо ловить. Сразу же в федеральных СМИ появились сообщения, что на юге страны, основной житнице, почти катастрофа. «В Ростовской области недобор урожая ожидается 50%, в Волгоградской и Воронежской областях - 35%...»

 Тут бы замолвить словечко о ситуации в целом по стране. Но почему-то в Минсельхозе промолчали. В ответ на ожидание дефицита зерна цены на него на внутреннем рынке повысились на 10%. Естественно, подорожал и хлеб. Восьмирублевая буханка, в стоимости которой доля муки составляет четвертую часть, должна была прибавить 20 копеек. На самом деле цена на нее возросла на рубль-полтора.

 В середине июля министр сельского хозяйства Алексей Гордеев сделал успокаивающее заявление: «Зерна в стране достаточно. Собрано 10 миллионов тонн нового урожая. Есть государственные запасы - 1,5 миллиона тонн».

 Однако такая своеобразная попытка успокоить рынок и общество обеспокоила еще больше. В самом деле, 10 миллионов ничего не решают, а если министр заговорил о запасах, то положение, видимо, и вправду нешутейное. В результате все виды круп резко возросли в цене. А пшеничная и ячневая крупа подорожали в два раза. За крупой потянулись цены на мясо...

 Аркадий Злочевский, президент Российского зернового союза, «перевел стрелку» на крестьян. Он возложил на них ответственность за «ощущение дефицита, которого на самом деле нет». По мнению Злочевского, «крестьяне уже вкусили сладость растущих цен и теперь сидят на зерне, прижимая его в ожидании следующих подорожаний».  Президент зернового союза вспомнил о кулаках прошлого века и так называемых «излишках» хлеба. Ведомство  Германа Грефа не стало играть в исторические ассоциации и заявило прямо: повышение цен на зерно связано с «ожиданием низкого урожая и возможным увеличением экспорта в условиях высоких мировых цен».

 Что за парадокс? Если зерна ожидается меньше, то за счет чего увеличивать его экспорт? Очередное пояснение  Алексея Гордеева окончательно запутало ситуацию: «Зерна в стране достаточно. Поэтому ограничивать поставки за границу не нужно». Откуда возьмется зерно, если регионы вопят о засухе? Непонятно!

 Наконец, после встречи с президентом Путиным глава Минсельхоза признался, что в целом по стране урожай ожидается на уровне прошлого года, 76-78 миллионов тонн. Дефицита зерна не будет. Причин для роста цен нет.

 Но ведь цены-то выросли. И уже не возвратятся. Поезд, как говорится, ушел.

 Кому это выгодно? Министр говорит, - крестьянам. В какой-то мере, да, выгодно. Однако их выгода по сравнению со сверхприбылями агрохолдингов - просто пыль. Аграрные монстры - высокоинтегрированные структуры. У них в руках и зерно, и выпечка хлеба, и выход за рубеж. Они получат двойной «навар» от продажи хлеба внутри страны и зерна за границей. Всем понятно, что ради их сверхприбылей чиновники с аграрным лобби и сыграли в игру с ценами. Так что крестьяне здесь ни при чем. Никто облагодетельствовать их не собирался. К тому же они являются такими же покупателями всего, что производится из зерна, как и остальное население.

 Собственно, это косвенно подтвердил и сам Алексей Гордеев, заявив, что 80% населения покупает хлеб, несмотря на цену. Министр проговорился почти по Фрейду. Почему бы еще не «наварить» на продукте, от которого невозможно отказаться? Правда, и здесь налицо лукавство. У нас ведь не только пенсионеры считают каждый рубль. Немало семей, в которых один работник. И нередко на одного члена такой семьи приходится сумма меньше средней пенсии по стране. Многие ли из них смогут не ограничивать себя в хлебе, если цены на него будут «отвязаны»? Щупальца аграрных спрутов почувствуют прежде всего владельцы тощих кошельков. Хотя у чиновников достаточно административных и экономических «инструментов» для того, чтобы не допускать немотивированного роста цен на хлеб. И тем самым ограничивать аппетит крупных производителей.

 Игры на повышение цен на хлебобулочный продукт высветили еще один вопрос, который остался без ответа.  Откуда взялось вдруг зерно? Ведь на юге, действительно, недобор урожая. Неужели господь Бог добавил урожайность другим регионам ровно настолько, сколько потерял юг? Что за мистика? А может, всё гораздо проще.  Когда очень уж надо (например, ситуацией заинтересовался президент), можно достать «из-под полы» неучтенное зерно.

 Кто может сказать, сколько у нас в России производится зерна? Разумеется, есть официальная статистика. Но есть и урожай, выращенный в тени. Заместитель полпреда президента в ЮФОпо экономике Сергей Вязалов еще в конце  2004 года привел убийственные цифры: «Теневой рынок зерна в ЮФО достигает 40%. Доходы от его выручки составляют 70-75 миллиардов рублей» («РГ», № 275 от 10.12.2004). Вряд ли и в других регионах урожаи более прозрачны.

 Ответ на вопрос о «секретных» урожаях упирается в землепользование. Но власть уходит от открытого разговора о земле и о ее истинных собственниках. Даже губернаторы открыто заявляют, что не знают их «в лицо».

Виктор ШОСТКО

Выразить свое отношение: 
Газета: Газета Крестьянин