Не оставили ни пуха, ни пера

Воспользовавшись доверчивостью фермера-инвалида, мошенницы разрушили её дело

Трудно сказать, чего в этой трагедии больше  – жажды наживы или цинизма и жестокости. На снимке читатель, быть может, узнает Виолетту  – героиню публикации «Как спасали Сакуру» («Крестьянин» № 43, 23 октября 2019 г.). Тогда моё знакомство с Витой началось с объявления о пропаже козы. В таких деталях она описывала «портрет» беглянки Сакуры, настолько трогательной была мольба помочь найти отбившуюся от стада любимицу, что я набрала номер телефона и подключилась к поисковой операции, в которой были задействованы общество защиты животных «Ковчег», местный эколого-биологический центр и полиция. В спасении и поиске участвовали все неравнодушные, в том числе прихожане храма Михаила Архангела, поскольку там был опыт содержания и дойки коз (беглянку надо было срочно подоить). Общими усилиями Сакуру нашли.

Счастью Виты не было границ. С разведением коз связана вся её сознательная жизнь. Виолетта  – инвалид детства. И когда в девять месяцев малышку с диагнозом детский церебральный паралич показали краснодарскому профессору, он сказал, что ребёнка спасёт козье молоко. Так и появились на семейном подворье первые две козочки. И уже в шесть лет Вита научилась у бабушки правильно доить и ухаживать за ними. Да так это у девчушки ловко получалось, что, когда подросла и пошла в школу, семья решила козье стадо увеличить.

Покупали коз по объявлениям — породу каждой выбирала Вита. То были зааненские, чёрно-бурые, тукен бурые, альпийские… Козоводы знают — недешёвое это удовольствие. Все животные зарегистрированы, у каждой свой ветеринарный паспорт. И больше всех Виолетта полюбила породу ламанча  – как раз такой была потерявшаяся тогда Сакура. Козы стали не только подспорьем в семейном хозяйстве, но и делом для души. И сейчас Вита листает блокнот, в который вписаны её питомцы  – клички, возраст, особенности породы и характера. С любовью объясняет мне, какие козы умные, как все команды понимают и даже на красный светофор стоят и ждут.

 – Как только стадо разрасталось,  – рассказывает мама Виолетты,  – мы козочек раздаривали всем желающим. Главное, чтобы наши любимицы попали в добрые руки. 
Даже и подумать о другом было невозможно, и уж никому не доверила бы Вита свою любимую Сакуру! Теперь вот со слезами мне перечисляет: 

 – Тася (ламанча), Соня (ламанча), Гита (породы зааненская), Девочка (нубийская), Бэла (альпийская), Зоря (ламанча), Рузанна (альпийская), Лиля (зааненская), Алиса (ламанча), Цезарь (ламанча)…Своими руками отдала мошенницам шестнадцать коз, ещё и птицу. Это не просто несколько сотен рублей ущерба фермеру-инвалиду. Для Виты это настоящая трагедия. Всё началось в сентябре, когда Виолетта, как обычно, пасла своих коз. Возле стада притормозили серые «Жигули» 14-й модели. Из машины вышли две похожие на цыганок женщины. Причём одна как будто бы была беременной. И сразу незнакомки вывалили на Виту всё своё «горе». Мол, они беженки с Украины, где бомбой убило отца ещё не родившихся двойняшек, которых София (так она назвалась) сейчас «носит под сердцем». «И ведь у меня уже есть трое деток!  – плакалась София.  – А у моей сестры Екатерины (так к ней обращалась) дочке на днях двенадцать лет исполнится, и девочка будет сильно плакать, если мама не подарит ей на день рождения козочку».

«Купили мы,  – рассказывали беженки,  – два дома в вашем городе. Но деткам очень нужно козье молочко…» И если бы, взмолились женщины, Вита подарила хоть одну козочку, они бы расплатились за неё комбикормами, которые им «сам губернатор даёт». Для большей убедительности добавили ещё, что их отец работает на комбикормовом заводе. Как сразу обрадовалась Вита, вот случай и людям хорошим помочь, и козочек в добрые руки пристроить, да ещё комбикорма получить. Сомнений в искренности незнакомок не возникло. Договорились, что за козами приедут завтра к ней домой. Слово «беженки» сдержали.
Увидев в вольерах уже всё стадо, женщины пришли в восторг. «Наша мамочка как раз о такой мечтала!  – указывала Катерина на приглянувшуюся Глашу “голубой” расцветки. — Ой, а этой кличка Соня? Пусть она и поедет к Соне!»  – восклицала. И Вита понимала  – детишкам нужно много молока.

Женщины не переставали нахваливать хозяйку, которая так хорошо содержит стадо. Смущало лишь, что гостьи о чём-то переговаривались друг с другом на «нерусском» языке. Но, как объяснили Вите, это они «о своём». А по-русски «беременная» София говорила, обращаясь к Катерине: «А давай мы комбикорма привезём сначала Виточке, а уже потом той женщине, которой тоже обещали. Ведь деткам же нельзя без молочка»,  – плакалась «носившая под сердцем». 

 – Вот только живота у Софии на этот раз почти не было заметно,  – вспоминает Вита. 

Но «беременная» объяснила  – он просто опустился перед родами (рожать, как говорили, в феврале). И видно, чтоб замять неловкость, в подарок Виолетте гостьи вручили одеяло и подушку из верблюжьей шерсти, упакованные в прозрачный пакет, которыми, как оказалось, была забита их машина. «Хотим, чтоб Виточка спала как царица!»  – рассыпались гости в благодарности перед тем, как затолкать в машину семь коз. И, приехав на следующий день, рассказали, как их «детки козочкам обрадовались». 

 – Словно нас гипнотизировали,  – сокрушается сейчас Витина мама.  – Мы отдали им ещё девять коз и даже красавца Барсика породы чешская бурая, которого купили этим летом. Он обошёлся нам, считая транспорт, в 43 тысячи рублей.

«Под занавес» задержались гостьи и у загона с птицей. И как-то получилось, что в третий свой приезд загрузили в машину ещё пять индоуток, двадцать восемь утят, двух карликовых декоративных курочек и двух таких же петушков. Зато теперь пообещали привезти уже не 58, а 105 мешков комбикормов! Да ещё и познакомить с «девочками с рынка, готовыми отдавать на корм скоту отходы».

 – Уехали они  – мы с мамой и моргнуть не успели,  – рассказывает Вита.  – В назначенные дни мы стали ждать комбикорма. И вдруг мне звонит Катя и говорит, что кормов привезти не сможет. И что вообще она сейчас во Владикавказе и звонит прямо с кладбища, где хоронят их отца, работавшего на комбикормовом заводе.

«Так вы уже не в Ейске?  – потеряла дар речи Вита.  – А как же… козы? Десять котных… Кто за ними смотрит?» «Телефон недоступен»,  – нынче эта фраза стала роковой для жертв мошенников.
 

– Такая с нами стряслась беда,  – прижимает руку к сердцу мама Виты.  – Я криком кричала, когда поняла, что меня в мои-то шестьдесят мошенницы облапошили! А что уж говорить о Виточке… Но доченька меня ещё и успокаивает. Я прошу тех, кто с нами так поступил: пожалейте девочку! Я с трёх месяцев её, больную, поднимала и выхаживала, на ноги поставила. И какая у нас Виолочка труженица. Вы на руки её посмотрите,  – это она уже мне.  – Если бы знали, как она всё лето корма нашим козочкам заготавливала  – не каждый мужик такие вязанки накосит, да ещё и на коляске привезёт. Я всё время повторяла тем жестоким женщинам: «Вы же нас не обманете? Мы ведь этим живём!» Доброе у моей Виточки сердце — ей жалко стало ихних деток. Я всем теперь советую: сто раз подумайте, прежде чем кого-то пожалеть.

Вита с мамой рассказали, что обошли уже все дома в том районе, что мошенницы назвали. Спрашивали, не живут ли где цыгане. Но никто ничего не знает. А теперь пойдут на оптовый рынок  – может, там что слышал кто-нибудь. Мать с дочерью ещё верят, что «полицейские мошенников поймают». Списки (поимённо, попородно, со стоимостью каждой породистой козы) передали следствию. 

– Вот будет суд, и деньги нам вернут, и козочек. Что с нашими любимицами? У многих ведь уже должны козлята появиться...  – хоть и сквозь слёзы, Вита всё же улыбается на фото, сделанном в опустевшем загоне. 

Татьяна ШЕКЕРА
Ейский р-н, Краснодарский край
Фото автора

 

Выразить свое отношение: 
Вы проголосовали 'Вверх'.
Рубрика: ЖивотноводствоОбщество
Газета: Газета Крестьянин