Зона отчуждения

До сих пор неизвестно, по чьей инициативе десятки тысяч предпринимателей лишили права на труд

В этом году исполнилось 35 лет со дня аварии на Чернобыльской АЭС. 26 апреля телевидение посвятило этой трагедии много сюжетов. Мёртвый город – воплощение армагеддона – потрясает напоминанием безысходного поворота в судьбе восьмидесятитысячного населения. Кто бы мог подумать что уже на следующий день на границе южной столицы России начнутся события, которые обезлюдят «город в городе», как называли аксайские рынки. Три недели, миновавшие с начала зачисток территории силовиками, так и не пролили свет на такие естественные вопросы: кто, ради каких целей заварил эту кашу и чем и когда закончится дело. Донские власти имитируют бурную деятельность, заявляя об организации ярмарок, рапортуя о наличии свободных торговых мест на девяти рынках города, не вдаваясь в подробности, как магазин в 100, 200, 700 квадратных метров может разместиться на площади в 20 квадратов.

Пролетели. Приземлились

Первыми прямые потери понесли торговцы овощного рынка. Трёх дней для этого хватило. Так что к 30 мая, когда АО «Донская торговая компания» предоставило на территории старого аэропорта предпринимателям площадку, работающую в формате постоянно действующей универсальной ярмарки, каждый из них уже подсчитал убытки. 

Правительственная пресс-служба сообщила, что организовано 1 038 торговых мест, что в праздничные дни до самого 12 мая с торгующих не взимали плату за въезд и размещение автотранспорта, а в дальнейшем тарифы, действую-
щие до конца месяца, будут снижены на 20% по сравнению с применявшимися на рынке в Аксайском районе. Так ли всё благополучненько устроилось, мы решили проверить.

– Я не знаю, откуда туда въезжать. Что – прям на лётное поле? Ладно, разберёмся по ходу, – оценивал задачу водитель ИД «Крестьянин» Виталий Нестеренко. 
Найти дорогу оказалось нетрудно. На Шолохова перед аэропортом висел хорошо заметный указатель, где поворачивать. И далее также вели к въезду растяжки-путеводители. Перед воротами тусовались (иначе не скажешь) несколько человек. Мы выжидательно притормозили.

– Проезжайте, проезжайте! – приветливо замахали парни. 
Почти сразу за воротами ряд биотуалетов, чуть дальше – площадка мусорных контейнеров, на взлётной полосе выстроилась улица из автомобилей и лёгких навесов, едва прикрывающих товар от солнца. Останавливаюсь у прилавка с разнообразным ассортиментом.

– Нагнали солдат, омоновцев, говорят, допродовывайте. А кому, если никого не пропускали? На 100 тысяч товара выкинули. Десять дней мы там торчали. Всё пропало – огурцы, помидоры, зелень. Да в помещения с кондицио-нерами 300 тысяч вложили, лет 5-6 строили. А есть люди – по 30 млн рублей на павильоны затратили. Вот и стоим теперь тут под дождём и солнцем. В Ростовскую область ещё до распада СССР переехали. Снимаем в Аксае трёхкомнатную квартиру. Восемь человек нас: сыновья, невестки, внуки. Все с рынка живём, – успевает поделиться Рита Валеховна Ибрагимова, перед тем как заняться обслуживанием покупателя.

Я тоже отвлекаюсь на него. Предприниматель Евгений имеет свой мясной магазинчик, а также снабжает под заказ овощами три магазина «Фасолька», три ресторана и столовую.

– Рита – лучший продавец на рынке. Она плохой товар не берёт. Я уже года три с ними работаю. Устраивает соотношение цены и качества. Там, конечно, дешевле было. Но тут ещё сезонные колебания. Я тоже на овощном склад потерял, 70 квадратов, в 480 тысяч строительство обошлось плюс холодильник и морозильная камера по 50 тысяч рублей. Всё официально, аренду платил. Жду, может, дадут вывезти оборудование, ищу новое место под склад. В прошлом году пандемия – закрылся общепит, в этом вот в ноль торгую, чтоб только  клиентов не потерять. Хорошо ещё быстро овощной перенесли. Правда, не всё здесь найдёшь, приходится наматывать километры, искать что-то в других местах. Кручусь, жена в декретном отпуске, младшему ребёнку четыре месяца.

Александр Сазонов, закупщик ресторана «Казачий дозор», что на 104-м км за Самарским, тоже сетует на логистику: пробки, приходится объезжать несколько рынков, на Центральном цены выше, а ресторан поднять свои расценки не может – всё расписано на полгода вперёд. 

– А сколько времени потерял, пока «своих» искал на этой ярмарке.

– Всех нашли?

– Половину собрал.

У Нади и Димы Апасовых закупается Сазонов несколько лет, доволен, что товар у них всегда качественный, по весу никогда не обманут и скидку сделают.
Дима, пытаясь быть объективным, отмечает, что на ярмарке в аэропорту чисто, порядок. Но как забыть, что на 150 тысяч товар сгорел. Опять же, лишились контейнеров, где можно было скрыться от непогоды.

– Дожди когда лили, по три раза за день приходилось в сухое переодеваться, – сетует Надежда.
Неожиданно находится человек, абсолютно всем довольный:

– Я рад, что рынок переехал. Живу тут рядом, в пяти минутах ходьбы. А цены у каждого продавца свои – ходи выбирай, – поясняет Рустам.

Чистенько, но бедненько. Нет ни воды, ни света. Товар и торговцы одинаково мокнут под дождём и страдают от жары

Кто-то теряет, а кто-то находит

Среди овощников точка Михаила Абрамяна представляется наименее пострадавшей. На столах разложена упаковка. Тамара Арамовна и Генрих Михайлович помогают сыну торговать. Выясняю, что армяне они не ростовские, а бакинские, переехали в начале девяностых, но ни там, ни здесь никаких недоразумений на национальной почве не возникало, тем более что с азербайджанцами могут общаться на их родном языке. А вот с неуязвимостью их товара я не угадала. 

– На том рынке у нас был большой магазин, купили его за 670 тысяч рублей, строили второй, вложили 600 тысяч. Помимо упаковки торговали моющими средствами. Ассортимент был очень большой. Здесь и десятой доли его разложить не можем. После дождя всё перетирать приходится. Сегодня разговаривали с администрацией, можно ли контейнер поставить, – не разрешают. Говорят, всё временно. Даже света нет. Там у нас и плитка была, и микроволновка, а не захватишь еду из дома – с голоду не умрёшь:  кафе рядом. Сейчас днём жарко, с утра мёрзнем, а чая лишний раз не попьёшь, чтоб в туалет не ходить. Знаете же, что такое биотуалет?

Впрочем, а-ля кафе есть и на взлётной площадке – тонар, в котором хозяйничает Ирина с сестрой. Вот, видимо, кто выиграл на новом месте за отсутствием конкуренции. Но оказывается, потеряла Ирина продуктовый магазин, и тонар пришлось взять в аренду, чтобы хоть чем-то зарабатывать. Когда рынки оцепили, в первый же день отключили электроэнергию, а предпринимательница перед этим завезла партию мороженого. На 40 тысяч рублей только этого лакомства пропало. Да и других продуктов немало, ведь торговали всем – от хлеба до напитков. На новом месте воды нет, приходится закупать пятилитровками, к  электросети не подключают, а заправка генератора топливом каждый день в тысячу рублей обходится. Ирина, изначально не очень настроенная общаться с журналистом, всё-таки не в силах сдерживать свою тревогу за будущее, приводит всё новые факты, какой налаженный бизнес потеряла их семья. 

– Мороженое есть? – интересуется пожилой мужчина.

– Какое тут мороженое! Мощности генератора едва хватает на печь, не до холодильника. – И уже обращаясь ко мне, без особой надежды: – Передайте, что мы все хотим вернуться. 

Омар Алиевич, оставшийся без мороженого, с удовольствием идёт на контакт. Рассказывает, что о закрытии рынков узнал по пути из Дагестана, но возвращаться с «Камазом» капусты всё равно было некуда. Он один или с сыном овощи возил на этот рынок лет двадцать. Всё было устроено: где отдох-нуть, переночевать, искупаться, поесть горячего. Сейчас же, сетует, руки помыть негде, умываться покупает бутилированную воду. Жить приходится в машине и питаться всухомятку. Даже приличного туалета нет – «поставили горшки».

Ещё несколько торговцев сообщают, что в мусор пришлось отправить товар после того, как силовики заставили закрыть контейнеры, а поскольку холодильники уже не работали, овощи пропали. 
Однако не все в прогаре от закрытия овощного. По закону Ломоносова-Лавуазье о сохранении материи, если где-то в чём-то убудет — присовокупится сразу в другом. Так, «Донская торговая компания», которая арендовала у собственника старого аэропорта на 11 месяцев площадку под торговые места, только за первые сутки взимания платы получила около 2,2 млн рублей.

Мы можем работать, но мы не можем работать

На рынке «Атлант-Сити» возле блоков, перегораживающих въезд, тусовались уже не простые парни, а в погонах. Здесь сохраняется режим, установленный 27 апреля. Пропускают только местных предпринимателей, покупателям вход перекрыт. Но, видно, и силовики уже подустали. С Ниной Николаевной Харьковой, у которой с сыном на этом рынке магазин потолков и дверей, меня пропустили без досмотра документов. Вот тут-то и открылась апокалиптичная картина безжизненного пространства. По улицам «Атлант-Сити» изредка проносятся машины, у входов или в самих магазинах можно увидеть хозяев, но покупателей нет. Торговый город замер. 

Нина показывает свой магазин, рассказывает, как, оставшись с сыном без поддержки, спасение нашла на строительном рынке наёмным работником. Первое время настолько стеснялась новой профессии, что, завидев знакомых, буквально пряталась под прилавком. Через это прошли многие её теперешние коллеги. В девяностые рынок для людей, ответственных за семью, за детей, стал островом выживания. Поэтому не удивительно, что сегодня здесь едва ли не один из самых высоких уровней образованности. Встретишь предпринимателей и с двумя-тремя дипломами, и с учёной степенью. А главное, что все они стали профессионалами с большой буквы в своём направлении. Лет шесть назад Харьковы купили стены на новом рынке, достроили, оборудовали, наполнили эксклюзивными товарами, вложили миллионы и душу. Являясь дилерами калининградского завода-производителя снабжают потолочной плиткой и сопуствующими товарами весь юг России, включая Волгоградскую и Воронежскую области. И вот торговля стала.

– Причём странная получается ситуация: наша территория пока не описана приставами. Мы можем работать, но мы не можем работать, потому что въезды перекрыты, покупателей не пускают, а торговать в другом месте нельзя, поскольку кассовые аппараты привязаны к этому магазину, – поясняет абсурдную ситуацию Артём Харьков. – Но мы ведь связаны договорами и с нашими поставщиками. За две недели к нам поступило две партии грузов, которые пришлось сгрузить в обычном гараже.

Строитель Виктор, зашедший в магазин, доходчиво объяснил, чем грозит потеря «Атлант-Сити» уже не предпринимателям, а покупателям.

– Суть в чём: есть товары, которые ввиду уникальной специфики покупают только на «Атланте». Например, можно найти аналогичный товар в магазинах Ростова. То, что он на 100 или 200 рублей будет дороже, погоды в строи-
тельстве не делает. Вопрос в другом: здесь ты знаешь менеджера, тебе отправят товар по звонку, заказчику покажут его, с расчётами могут повременить. Понятно, что «объёмные» клиенты стройматериалы отсюда не вывозят, но они берут здесь всякие уникальные вещи – профиля, крепления, плинтусы, поскольку эта точка узконаправленная. А простым людям, которые делают ремонт сами, немаловажна и цена. Тем более что выбор здесь богаче, чем в «Леруа-Мерлен».

Николай Ким более 15 лет строил свой бизнес, помогая развиваться фермерским хозяйствам. А теперь не уверен в завтрашнем дне

Как бы не пришлось жить на пенсию ребёнка-инвалида

Узкая специализация магазинов зачастую определяет сезонность продаж. Само название «Аптека сада и огорода» подсказывает, что основная торговая активность приходится на апрель-июнь. Вот эти три месяца по сути и кормят год.

Прошлый провалила пандемия. Этот сезон для индивидуального предпринимателя Юрия Сухачевского едва ли не хуже прежнего. Его товар рассчитан на владельцев личных подсобных хозяйств, дачников, тепличников. И если семена в списке покупок этих категорий идут первыми, то средствам защиты растений только подходит черёд. Их не успели выбрать и мелкие оптовики – владельцы сельских магазинчиков, которые стоят теперь пустые. А у Юрия Сухачевского товары, наоборот, зависли. 

– Супруга тоже в этом бизнесе. У нас двое детей, один из которых инвалид. Если дальше так дело пойдёт, как бы не пришлось жить на детскую пенсию. И главное – не понятно, что будет дальше. У нас ведь и перед поставщиками есть обязательства. Обычно заканчиваем сезон тем, что нам возвращают долги, а мы рассчитываемся с крупными фирмами, – поясняет Юрий Иванович.
Словосочетание «семейный бизнес» звучит здесь на каждом шагу. Вот и магазин профессиональных семян ИП Илясова В.В. Владислав и Инна поднимали вместе 12 лет. Их сфера деятельности направлена на фермеров, профессиональных цветоводов. Владислав – технолог-семеновод, к его рекомендациям прислушиваются. Инна отвечает за бухгалтерию. 

– К нам едут отовсюду, в последнее время и из непризнанных республик, входивших в состав Украины. Торговля у нас идёт круглый год: в ноябре – декабре продаём луковичные растения,  в январе-феврале – томаты, перцы, сейчас – пора бахчевых культур, а мы сидим парализованные, не можем реализовать товар. Отсюда упущенная выгода.
А Владислав замечает, что уже несколько фермеров звонили и жаловались, мол, если бы знали, что рынки закроют, не сажали и не сеяли бы ранние овощи, которые неизвестно где придётся сбывать.

Купеческое слово крепче договора

Сельхозпроизводители Дона, Кубани, Ставрополья, Дагестана, Кабардино-Балкарии, Астрахани, Саратова уже более пятнадцати лет пользуются услугами агроцентра «Полив Мастер». Николай Ким первым на юге понял, что использование капельного полива – очень перспективное направление. Не прогадал. Так казалось до последнего времени. 

– О том, что вынуждены будем отсюда уйти, даже думать не хочется, но приходится. Этот магазин у нас второй, первый был на «Алмазе». Продали, в новый вложили 9 млн рублей, ещё не полностью выплачен кредит. Квартира в ипотеке – десять лет платить ежемесячно по 30 тысяч. Раскручиваться нелегко, три года нужно, чтобы привлечь клиента, два-три года работаешь в ноль или в минус и только потом становишься на ноги, появляется прибыль, потому что есть постоянные клиенты. Закрытие этого рынка чревато последствиями. Чем он хорош, что приезжая за чем-то одним, попутно можно купить всё необходимое. А сколько рабочих мест дали предприниматели мегаполису! Только у меня два человека оформлены официально и восемь – по трудовому договору. Куда им идти после того, как оцепили рынок? Первые дни судебные приставы, военные, полиция, нацгвардия вели себя агрессивно, сейчас уже сочувствуют, сами устали. Здороваемся, со всеми общаемся. Но это их работа. С Голубевым встречались, с и. о. главы Аксайского района – никто не говорит ничего определённого. Торговцы с овощного рынка смирились, им легче – машину овощей вывезли и всё. У нас тут на «Атлант-Сити» своя инфраструктура прекрасная, всё сделано грамотно, мы сами всё благоустраивали, за свои средства стелили асфальт, коллектив подобрался высокообразованный. Мы стараемся вести информационную борьбу в правовом поле.

Тот, кто бросил камень в аксайские рынки, не представлял, наверное, как далеко пойдут круги, сколько цепочек обрывается сразу. Азовский фермер Альберт Пан ежегодно отводит под овощные культуры порядка 300 га. Сотрудничество с Николаем Кимом ценит за твёрдость купеческого слова. Приобретает у предпринимателя всё для капельного полива, семена, средства защиты растений, минеральные удобрения. Устраивает фермера, что рынок близко, что даже мелкие партии отпускают ему как оптовому покупателю ниже прайсовой цены. С оплатой всегда можно договориться, если надо, отпускают товар в долг. Неудобства от закрытия рынка овощевод уже почувствовал – нужны кое-какие расходники для капельной системы. Приходится использовать что-то старое. А попутно, говорит, ищу, новые каналы.

Третий лишний

Случай с аксайскими рынками лишний раз подтверждает аксиому, что если событие не показали по телевизору, значит, его и не было. Скоро месяц, как десятки тысяч людей лишили возможности зарабатывать себе честным трудом на хлеб насущный, а государственные каналы тему не замечают. Неделями напрягают весь народ проблемой, как вдове Баталова вернуть контроль за миллионным/миллиардным наследством народного артиста, обсуждают, окончательно ли Бари Алибасов сошёл с ума и т. д. и т. п. 

Депутат Госдумы Николай Коломейцев затронул проблему блокады рынков под Ростовом на одном из заседаний нижней палаты парламента – и снова тишина. Меж тем коммунист прямо указал, что была нарушена 35-я статья Конституции, гарантирующая защиту частной собственности: «никто не может быть лишён своего имущества иначе как по решению суда». А действия силовиков, по его мнению, нарушают ст. 20.18 КоАП (Блокирование транспортных коммуникаций) и ст. 267 УК РФ (Приведение в негодность транспортных средств или путей сообщения). А ну как потребуется проехать машине скорой помощи или пожарной!

Каждый день в 11 часов предприниматели «Атлант-Сити» собираются на открытой площадке посовещаться, обсудить свои проблемы. Они уже направили письма президенту страны Владимиру Путину, председателю федерального Следкома Александру Бастрыкину, генеральному прокурору Игорю Краснову. И очень надеялись, что смогут войти в судебный процесс в качестве третьих лиц, не заявляя самостоятельных требований. Но обрести юридический статус пострадавшим так и не удалось. Аксайский районный суд своим решением сказал им по сути: в этом деле вы никто.

Людмила Воробьёва
Фото автора

 

Выразить свое отношение: 
Вы проголосовали 'вниз'.
Рубрика: Общество
Газета: Газета Крестьянин